Стихотворения поэта Андреевский Сергей Аркадьевич

Кончина Тургенева

Ударил гром… И много лет Мы темной тучи не разгоним: Погас наш тихий, кроткий свет — Мы часть души своей хороним!.. Свободы вождь передовой,

Нельзя в душе уврачевать

Нельзя в душе уврачевать Ее старинные печали, Когда на сердце их печать Годами слезы выжигали. Пусть новый смех звучит в устах И счастье новое

Не отрывай пленительной руки

Не отрывай пленительной руки От жарких уст, прильнувших к ней с мученьем! Пускай чрез миг мы будем далеки И поцелуй исчезнет сновиденьем. Я чувствую:

На крыше конного вагона

Люблю, в ласканьи ветерка, На крыше конного вагона, С перил плебейского балкона Глядеть на город свысока, Нестись над морем экипажей, Глазеть по окнам бельэтажей,

Оглянись: эти ровные дни

Оглянись: эти ровные дни, Это время, бесцветное с виду, — Ведь тебя погребают они, Над тобою поют панихиду! Живописный и томный закат Или на

Мрак

Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви. Пушкин Поэт Из долгих, долгих наблюдений Я вынес горестный урок, Что нет завидных назначений

От милых строк, начертанных небрежно

От милых строк, начертанных небрежно Когда-то жившею рукой, Незримый дух, безропотно и нежно, Нам веет тихою тоской. Безмолвен гроб, портреты безответны, И вы лишь,

Мимо возрастов

Я перешел рубеж весны, Забыв доверчивые сны И грезы юности счастливой; В туманы осени дождливой Вступил я вялый и больной, Проспавши тупо летний зной.

Укор

Часы бегут с поспешностью обычной Для жизни праздничной и жизни горемычной, И каждого бесследный их полет В иные дни к раскаянью зовет… Но без

Мадригал

Склоняюсь пред тобой, как робкий богомолец, Рука лилейная, прекрасная без колец, И горько сетую: как поздно наконец В тебе мне встретился желанный образец Руки,

Петропавловская крепость

У самых вод раскатистой Невы, Лицом к лицу с нарядною столицей, Темнеет, грозный в памяти молвы, Гранитный вал с внушительною спицей. Там виден храм,

Когда поэт скорбит в напевах заунывных

Когда поэт скорбит в напевах заунывных И боль страдания слышна в его речах — Не сетуйте о нем: то плачет в звуках дивных Печаль

Еду в сумерки: зимняя тишь

Еду в сумерки: зимняя тишь, Все белеет, куда ни глядишь; И больница, и церковь, и дом Мирно светятся ярким огнем. Теплый ветер подул и

Сказал бы ей… но поневоле

Сказал бы ей… но поневоле Мне речь страшна: Боюсь, что слово скажет боле, Чем шепот сна. Откуда робость? Почему бы Не быть храбрей? И

Dolorosa

В саду монастыря, цветущую как розу, Я видел в трауре Мадонну Долорозу. На белый памятник она роняла взор; Густые волосы разъединял пробор, Теряясь под