Стихотворения поэта Анненский Иннокентий Федорович

Вербная неделя

В желтый сумрак мертвого апреля, Попрощавшись с звездною пустыней, Уплывала Вербная неделя На последней, на погиблой снежной льдине; Уплывала в дымаx благовонныx, В замираньи

Гармонные вздохи

Фруктовник. Догорающий костер среди туманной ночи под осень. Усохшая яблоня. Оборванец на деревяшке перебирает лады старой гармоники. В шалаше на соломе разложены яблоки. Под

Парки — бабье лепетанье (сонет)

Я ночи знал. Мечта и труд Их наполняли трепетаньем,- Туда, к надлунным очертаньям, Бывало, мысль они зовут. Томя и нежа ожиданьем, Они, бывало, промелькнут,

В открытые окна

Бывает час в преддверьи сна, Когда беседа умолкает, Нас тянет сердца глубина, А голос собственный пугает, И в нарастающей тени Через отворенные окна, Как

Хризантема

Облака плывут так низко, Но в тумане все нежней Пламя пурпурного диска Без лучей и без теней. Тихо траурные кони Подвигают яркий гнет, Что-то

Светлый нимб (сонет)

Зыбким прахом закатных полос Были свечи давно облиты, А куренье, виясь, все лилось, Все, бледнея, сжимались цветы. И так были безумны мечты В чадном

Перебой ритма (сонет)

Как ни гулок, ни живуч — Ям — — б, утомлен и он, затих Средь мерцаний золотых, Уступив иным созвучьям. То-то вдруг по голым

Сонет

Когда весь день свои костры Июль палит над рожью спелой, Не свежий лес с своей капеллой, Нас тешат: демонской игры За тучей разом потемнелой

Decrescendo

Из тучи с тучей в безумном споре Родится шквал, — Под ним зыбучий в пустынном море Вскипает вал. Он полон страсти, он мчится гневный,

Нет, мне не жаль цветка, когда его сорвали

Нет, мне не жаль цветка, когда его сорвали, Чтоб он завял в моем сверкающем бокале. Сыпучей черноты меж розовых червей, Откуда вырван он, —

К портрету Достоевского

В нем Совесть сделалась пророком и поэтом, И Карамазовы и бесы жили в нем, — Но что для нас теперь сияет мягким светом, То

Сизый закат

Близился сизый закат. Воздух был нежен и хмелен, И отуманенный сад Как-то особенно зелен. И, о Незримой твердя, В тучах таимой печали, В воздухе,

К портрету (Е. Левицкой)

Тоска глядеть, как сходит глянец с благ, И знать, что все ж вконец не опротивят, Но горе тем, кто слышит, как в словах Заигранные

Снег

Полюбил бы я зиму, Да обуза тяжка… От нее даже дыму Не уйти в облака. Эта резанность линий, Этот грузный полет, Этот нищенский синий

Лира часов

Часы не свершили урока, А маятник точно уснул, Тогда распахнул я широко Футляр их — и лиру качнул. И, грубо лишенная мира, Которого столько