Стихотворения поэта Астафьева Наталья Георгиевна

Принижать до голода

Принижать до голода, подавлять до шепота добываньем золота, превращеньем в робота. Страшная, несчастная — темнотой объятая… И за то ужасная выпала расплата.

Когда я

Когда я, в мыслях о тебе, вдруг стану среди комнаты, забуду я, зачем пришла, — одно на свете помню: облокотился человек на холод подоконника…

Гляди, волчица волку

Гляди, волчица волку зализывает раны, ребенка-человека выкормила брюхом… Мы вышли из природы, как пули из нагана, ляг, приложись к планете раковиной-ухом. Зерен созреванье, в

Если б в сущность мира вникла

Если б в сущность мира вникла, может быть, сошла б с ума. Примирилась и привыкла, и даже нравится тюрьма.

Распластала крылья мать

Распластала крылья мать над цыплятами, верю, их не отнять коршуну проклятому! Мир тревогой поколеблен. Нам с тобой грозят войной. Как тебя спасти от неба,

Гордилась я

Гордилась я, всегда гордилась слишком, была горда, и это не беда, вот только нет, нет у меня сынишки, а пролетели лучшие года. Живу одна

Рассеялся туманище

Рассеялся туманище, и вот — смотри — луна: как в половодье тающий литой обломок льда. Нет, как в тазу обмылочек, скользнувший из руки. Нет,

Могла б давно я провалиться в ад

Могла б давно я провалиться в ад, в тартарары, сквозь землю, в неизвестность, когда б не сердца золотая песня, когда б не твой, меня

Ночь

Ночь. Движутся военных группы во мраке города ночном. В машины стаскивают трупы, везут из города тайком… Кто и когда, в какие годы над ними

Рассвело

Рассвело… Не успела прилечь — продремала ночи остаток. Истопила хозяйка печь. Ребятишки кричат, как галчата: — Мам, а мам, покушать бы как? — Чего?

А сохранилась ли его библиотека?

А сохранилась ли его библиотека? — спросила женщина, историк, кандидат. Ей нужен материал, ей предстоит доклад, ждет от меня она и сведений, и дат.

Скоро жизнь покатится за край

Скоро жизнь покатится за край и – прощай, планета… Я люблю тебя, земля, с каждым годом жарче: облака и тополя и твоих щенят. До

Невеста

Где ты, с красною звездой, в кожанке помятой? За какой лежишь рекой, скошен автоматом? Я у тех берегов сроду не бывала. Я твою крутую

Иных достойная, наверно

Иных достойная, наверно, я в черных платьях с плеч чужих любила, верная, неверных, дарила, щедрая, скупых. Плоть по ребенку тосковала, с деревьев падала пыльца

Живем ворчливо и спокойно

Живем ворчливо и спокойно, грядущий день не торопя. А где-то на планете войны и кровь людская льется зря. Я вся еще так наболела террором