Стихотворения поэта Бобров Семен Сергеевич

Цахариас в чужой могиле

Какая ночь! Толь грозно никогда не падала с небес; Толь грозно не было еще вкруг гроба здесь. О мать земля! здесь прах почиет тех,

Столетняя песнь, или Торжество осьмогонадесять века России

Глубока ночь! — а там — над бездной Урания, душа сих сфер, Среди машины многозвездной Дает векам прямой размер; Бегут веков колеса с шумом.

Херсонида, или Картина лучшего летнего дня в Херсонисе Таврическом. Лирико-эпическое песнотворение

Гремит, — отколе важный глас? Из коей дальней тверди рев В глухих отзывах здесь вторится И подтверждает неба гнев? Отколе весть толь грозна мчится?

Песнь несчастного на Новый год к благодетелю

Without shelter from the blasts in vain we hope the tender plant. Akenside Звукнул времени суровый Металлический язык; Звукнул — отозвался новый, И помчал

Судьба древнего мира, или Всемирный потоп

Я зрю мечту, — трепещет лира; Я зрю из гроба естества Исшедшу тень усопша мира, Низверженну от божества. Она, во вретище облекшись, Главу свою

Полнощь

Открылось царство тьмы над дремлющей вселенной; Туман, что в море спал, луною осребренной Подъемлется над сей ужасной глубиной Иль пресмыкается над рощею густой, Где

Прогулка в сумерки, или Вечернее наставление Зораму

Уже в проснувшемся другом земном полшаре Светило пламенно ночных тьму гонит туч, А мы из-за лесов едва в сгущенном паре Зрим умирающий его вечерний

Песня. С французского

In vino veritas etc. В вине вся истина живее, Пословица твердит давно, Чтоб чарка нам была милее, Бог истину вложил в вино; Сему закону

Дань благотворению

Его Высокопревосходительству господину адмиралу и разных орденов кавалеру Николаю Семеновичу Мордвинову, милостивому государю и благотворителю с благодарнейшим сердцем приносит Семен Бобров. Марта 4 дня

Баллада Могила Овидия, славного любимца муз

Лингенд в элегии об Овидии Там, где Дунай изнеможенный Свершает путь бурливый свой И, страшной тяжестью согбенный Сребристой урны волновой, Вступает в черну бездну

Ночь

Звучит на башне медь — час нощи, Во мраке стонет томный глас. Все спят — прядут лишь парки тощи, Ах, гроба ночь покрыла нас.

Царство всеобщей любви

Еще вкруг солнцев не вращались В превыспренних странах миры, Еще в хаосе сокрывались Сии висящие шары, Как ты, любовь, закон прияла И их начатки

Ода к Бландузскому ключу. Из Горация с латинского

О ты, Бландузский ключ кипящий, В блистаньи спорящий с стеклом, Целебные струи точащий, Достойный смешан быть с вином! Заутра пестрыми цветами Хочу кристалл твой

К Новостолетию XIX

Страшна отрасль дней небесных, Вестник таинств неизвестных, Вечности крылатый сын, Рок носяй миров висящих, Радуйся! — Будь исполин Меж веков быстропарящих! Обнови нам ныне

Глас возрожденной Ольги к сыну Святославлю

Едва лишь полночь под звездами В глубокой томной тишине, Махнув снотворными крылами, Прешла — и в утренней стране Белеть свет начал сквозь завесы, Я