Стихотворения поэта Дельвиг Антон Антонович

К Пущину (В альбом)

Прочтя сии разбросанные строки С небрежностью на памятном листке, Как не узнать поэта по руке, Как первые не вспомянуть уроки, Как не сказать на

Элегия

Когда, душа, просилась ты Погибнуть иль любить, Когда желанья и мечты К тебе теснились жить, Когда еще я не пил слез Из чаши бытия,-

На смерть собачки Амики

О камены, камены всесильные! Вы внушите мне песню унылую; Вы взгляните: в слезах Аматузия, Горько плачут амуры и грации. Нет игривой собачки у Лидии,

Бедный Дельвиг

Вот бедный Дельвиг здесь живет, Не знаем суетою, Бренчит на лире и поет С подругою-мечтою. Пускай невежество гремит Над мудрою главою, Пускай и эгоизм

Сонет (“Златых кудрей приятная небрежность…”)

Златых кудрей приятная небрежность, Небесных глаз мечтательный привет, Звук сладкий уст при слове даже нет Во мне родят любовь и безнадежность. На то ли

Элизиум поэтов

За мрачными, Стигийскими брегами, Где в тишине Элизиум цветет, Минувшие певцы гремят струнами, Их шумный глас минувшее поет. Толпой века в молчании над ними,

К ласточке

Что мне делать с тобой, докучная ласточка! Каждым утром меня – едва зарумянится Небо алой зарей и бледная Цинтия Там в туманы покатится, –

Тихая жизнь

Блажен, кто за рубеж наследственных полей Ногою не шагнет, мечтой не унесется; Кто с доброй совестью и с милою своей Как весело заснет, так

Купидону

Сидя на льве, Купидон будил радость могущею лирой, И африканский лев тихо под ним выступал. Их ваятель узрел, ударил о камень – и камень

Разочарование

Протекших дней очарованья, Мне вас душе не возвратить! В любви узнав одни страданья, Она утратила желанья И вновь не просится любить. К ней сны

Стихи на рождение В. К. Кюхельбекера

Мрак распростерся везде.- И я под крылами Морфея, Скукой вчера отягчен, усыпился и грезил: Будто б муза ко мне на облаке алом слетела, И

Г. критику поэмы “Руслан и Людмилы

Хоть над поэмою и долго ты корпишь, Красот ей не придашь и не умалишь! – Браня – всем кажется, ее ты хвалишь; Хваля –

Пушкину

Кто, как лебедь цветущей Авзонии, Осененный и миртом и лаврами, Майской ночью при хоре порхающих, В сладких грезах отвился от матери,- Тот в советах

Эпиграмма (“Поэт надутый Клит…”)

Поэт надутый Клит Навеки заклялся со мною говорить. О Клит возлюбленный! смягчися, умоляю: Я без твоих стихов бессонницей страдаю!

Хор. Из Колиновой трагедии “Поликсена

Гелиос, Гелиос! Там, с беспредельности моря Снова подъемлешь главу В блеске лучей. Горе мне, горе! Снова я плачу В сретенье бога! Через пучину –