Стихотворения поэта Гумилев Николай Степанович

Капитаны

На полярных морях и на южных, По изгибам зеленых зыбей, Меж базальтовых скал и жемчужных Шелестят паруса кораблей. Быстрокрылых ведут капитаны, Открыватели новых земель,

Персей

Скульптура Кановы Его издавна любят музы, Он юный, светлый, он герой, Он поднял голову Медузы Стальной, стремительной рукой. И не увидит он, конечно, Он,

Завещанье

Очарован соблазнами жизни, Не хочу я растаять во мгле, Не хочу я вернуться к отчизне, К усыпляющей мертвой земле. Пусть высоко на розовой влаге

Змей

Ах, иначе в былые года Колдовала земля с небесами, Дива дивные зрелись тогда, Чуда чудные деялись сами… Позабыв Золотую Орду, Пестрый грохот равнины китайской,

Сомалийский полуостров

Помню ночь и песчаную помню страну И на небе так низко луну. И я помню, что глаз я не мог отвести От ее золотого

После победы

Солнце катится, кудри мои золотя, Я срываю цветы, с ветерком говорю. Почему же не счастлив я, словно дитя, Почему не спокоен, подобно царю? На

Пещера сна

Там, где похоронен старый маг, Где зияет в мраморе пещера, Мы услышим робкий, тайный шаг, Мы с тобой увидим Люцифера. Подожди, погаснет скучный день,

На мотивы Грига

Кричит победно морская птица Над вольной зыбью волны фиорда. К каким пределам она стремится? О чем ликует она так гордо? Холодный ветер, седая сага

Абиссинские песни

I. Военная Носороги топчут наше дурро, Обезьяны обрывают смоквы, Хуже обезьян и носорогов Белые бродяги итальянцы. Первый флаг забился над Харраром, Это город раса

За гробом

Под землей есть тайная пещера, Там стоят высокие гробницы, Огненные грезы Люцифера, Там блуждают стройные блудницы. Ты умрешь бесславно иль со славой, Но придет

Я и вы

Да, я знаю, я вам не пара, Я пришел из другой страны, И мне нравится не гитара, А дикарский напев зурны. Не по залам

Три жены мандарина

Законная жена Есть еще вино в глубокой чашке, И на блюде ласточкины гнезда. От начала мира уважает Мандарин законную супругу. Наложница Есть еще вино

Молодой францисканец

I Младой францисканец безмолвно сидит, Объятый бесовским волненьем. Он книгу читает, он в книге чертит, И ум его полон сомненьем. И кажется тесная келья

Нет, ничего не изменилось

Нет, ничего не изменилось В природе бедной и простой, Все только дивно озарилось Невыразимой красотой. Такой и явится, наверно, Людская немощная плоть, Когда ее

Еще не раз Вы вспомните меня

Еще не раз вы вспомните меня И весь мой мир волнующий и странный, Нелепый мир из песен и огня, Но меж других единый необманный.