Стихотворения поэта Кубанев Василий Михайлович

Политика

У дерева будут ветки. Можно сказать, где какая. Если выйдет ошибка — Время ее исправит. Дерево обязательно Со временем подрастет. Только, расчеты строя, Надобно

В дни разлуки

Исходи весь город Поперек и вдоль — Не умолкнет сердце, Не утихнет боль. В чьих-то узких окнах Стынет звон и свет, А со мною

Время

Календарь шелести. Я мечусь. И, однако. Все — как прежде. И я говорить не устал: Я — однажды, один, одинок, одинаков, Я — плацдарм,

К ногтю!

На каждой улице, в каждом доме: «Севастополь», «Каунас», «Киев», «Житомир». Земля Немало видала злодеев, Злодеям привычно сидеть за кустом. Но эти, на нас нападенье

Погост

Здесь все живет торжественно и грустно И каждый камень, каждый тяжкий куст Наполнен оживленным чувством, Прозрачным призраком умерших чувств.

Ты думаешь, мне каска не к лицу

Ты думаешь, мне каска не к лицу И плотная шинель не по плечу? Ты думаешь, что я в прямом строю Сутуловатость окажу свою? Тебе

Солнце

Ты — спутник мой, Я — спутник твой. Чем безысходней тухнешь ты, Тем ярче напрягаюсь я. Я — спутник твой. Ты — спутник мой.

Партия большевиков

XVIII съезду ВКП(б) Вой вокруг вскипает, пенен и неистов: «У советских принудительна симпатия! У советских партия коммунистов — Единственная государственная партия! То ли дело

Вступление в миниатюры

Стоял изумительно-яркий полдень. Стояли поля. Стоял водоем. В водоеме стояла вода. Стоял мальчик, нагнувшись к самой воде. Стояла палка. Стояли тени. И только по

Анекдот

У одного моего знакомого — Представьте себе! — заболели зубы, Он стал лечить их — хи-хих-хи — водкой И сделался — ха-ха-ха — пьяницей,

Клянусь не снизиться, не снизойти

Клянусь не снизиться, не снизойти, Не сникнуть до того, что перебыто, А коль услышишь ты, что я затих, Что в чувствах обнаружился убыток, Что

Память

Вас с нами нет, вы с нами, с нами. Во всем чужом, во всем своем. Мы ваше — все, что только знаем, — Встречаем,

Библиотека

Шеренги глаз, впитавших мирозданье И, может быть, друг друга, смирно стынут. Из отдаленья, обратившись к ним, Я вижу скопище планет и слез, Порой неотличимых

Весь век вздымаешься, дрожишь, паришь

Весь век вздымаешься, дрожишь, паришь И мечешься, желая выше взвиться. Есть на земле Париж, исславленный Париж, Есть так же где-то некий город Ницца. Но

Изумруды всех семян и зерен

Изумруды всех семян и зерен В души жизнь забрасывает нам. И, как в самом тучном черноземе, Прорастают эти семена. Я следил ревнивым, жадным оком,