Стихотворения поэта Никитин Иван Савич

Когда один, в минуты размышленья

Когда один, в минуты размышленья, С природой я беседую в тиши,- Я верю: есть святое провиденье И кроткий мир для сердца и души. И

Бывают светлые мгновенья

Бывают светлые мгновенья: Мир ясный душу осенит; Огонь святого вдохновенья Неугасаемо горит. Оно печать бессмертной силы На труд обдуманный кладет; Оно безмолвию могилы И

Суровый холод жизни строгой

Суровый холод жизни строгой Спокойно я переношу И у небес дороги новой В часы молитвы не прошу. Отраду тайную находит И в самой грусти

Отъезд

Прощайте, темные дремучие леса, С необозримыми степями, Ландшафты деревень и гор, и небеса, Увенчанные облаками, Сугробы снежные безжизненных пустынь, Ночей суровые туманы, И грозной

Вечность

О грозная вечность, Безмолвная вечность! Какую ты скрыла Великую тайну За крепкой печатью — За дверью могилы? Что ты? Не одно ли Ничтожное слово,

Воспоминание о детстве

Однообразно и печально Шли годы детства моего: Я помню дом наш деревянный, Кусты сирени вкруг него, Подъезд, три комнаты простые С балконом на широкий

Монастырь

Крестом высоким осененный, Вдали от сел и городов, Один стоишь ты, окруженный Густыми купами дерев. Вокруг глубокое молчанье, И только с шелестом листов Однообразное

Средь жизни пошлой, грустной и бесплодной

Средь жизни пошлой, грустной и бесплодной Одну тебя я всей душой любил, Одной тебе я в жертву приносил Сокровища души моей свободной. В заботах

Похороны

Парчой покрытая гробница, Над нею пышный балдахин, Вокруг задумчивые лица И факелов огонь и дым, Святых молитв напев печальный — Вот все, чем жизнь

Когда, мой друг, в часы одушевленья

Когда, мой друг, в часы одушевленья Далеких лет прекрасное значенье Предузнает восторженный твой ум, Как я люблю свободу этих дум! Как радостно словам твоим

Тайное горе

Есть горе тайное: оно Вниманья чуждого боится И в глубине души одно, Неизлечимое, таится. Улыбку холодом мертвит, Опор не ищет и не просит И,

Перемена

Была пора невинности счастливой, Когда свой ум тревожный и пытливый Я примирял с действительностью злой Святых молитв горячею слезой; Когда, дитя беспечное свободы, В

Уединение

Приличий тягостные цепи И праздность долгих вечеров Оставил я для тихой степи И тени сумрачных лесов. Отшельник мира добровольный, Природой дикой окружен, Я здесь

Незаменимая, бесценная утрата!

Незаменимая, бесценная утрата! И вера в будущность, и радости труда, Чем жизнь была средь горести богата,- Все сгублено без цели и плода! Как хрупкое

Дедушка

Лысый, с белой бородою, Дедушка сидит. Чашка с хлебом и водою Перед ним стоит. Бел как лунь, на лбу морщины, С испитым лицом. Много