Стихотворения поэта Огарев Николай Платонович

Проклясть бы мог свою судьбу

Проклясть бы мог свою судьбу, Кто весь свой век, как жалкий нищий, Вел бесконечную борьбу Из-за куска вседневной пищи; Кто в ветхом рубище встречал

Среди сухого повторенья

Среди сухого повторенья Ночи за днем, за ночью дня — Замолкших звуков пробужденье Волнует сладостно меня. Знакомый голос, милый лепет И шелест тени дорогой

Я помню робкое желанье

Я помню робкое желанье, Тоску, сжигающую кровь, Я помню ласки и признанье, Я помню слезы и любовь. Шло время — ласки были реже, И

Поэзия (Когда сижу я ночью одиноко…)

Когда сижу я ночью одиноко И образы святые в тишине Так из души я вывожу глубоко, И звонкий стих звучит чудесно мне,- Я счастлив!

Зимняя ночь

Ночь темна, ветер в улице дует широкой, Тускло светит фонарь, снег мешает идти. Я устал, а до дому еще так далеко… Дай к столбу

С того берега

Молчат. Топор блеснул с размаха, И отскочила голова. Все поле охнуло. Другая Катится вслед за ней, мигая. Пушкин, «Полтава» На утесе на твердом сижу

Удел поэта

«Страдай и верь,- сказало провиденье, Когда на жизнь поэта воззвало,- В твоей душе зажжется вдохновенье, И дума рано омрачит чело, И грустно ты пройдешь

Смутные мгновенья

Есть в жизни смутные, тяжелые мгновенья, Когда душа полна тревожных дум, И ноша трудная томящего сомненья Свинцом ложится на печальный ум; И будущность несется

Le cauchemar

Мой друг! меня уж несколько ночей Преследует какой-то сон тревожный: Встает пред взором внутренним очей Насмешливо и злобно призрак ложный, И смутно так все

Береза в моем стародавнем саду

Береза в моем стародавнем саду Зеленые ветви склоняла к пруду. Свежо с переливчатой зыби пруда На старые корни плескала вода. Под веянье листьев, под

Я сорвал ветку кипариса

Я сорвал ветку кипариса С могилы женщины святой, И слезы теплые лилися, И дух исполнился мольбой. И тень ее на помощь звал я, И,

Героическая симфония Бетховена

Я вспомнил вас, торжественные звуки, Но применил не к витязю войны, А к людям доблестным, погибшим среди муки, За дело вольное народа и страны;

Gasthaus zur Stadt Rom

Луна печально мне в окно Сквозь серых туч едва сияла; Уж было в городе темно, Пустая улица молчала, Как будто вымерли давно Все люди…

Труп ребенка, весь разбитый

Труп ребенка, весь разбитый, В ночь был брошен. Ночь темна, Но злодейство плохо скрыто, И убийца найдена. Бледнолицая малютка С перепуганным лицом, Как-то вздрагивая

К друзьям

Я по дороге жизни этой Скачу на черном скакуне, В дали, густою мглой одетой, Друзья, темно, не видно мне. Со мною рядом что за

Арестант

Ночь темна. Лови минуты! Но стена тюрьмы крепка, У ворот ее замкнуты Два железные замка. Чуть дрожит вдоль коридора Огонек сторожевой, И звенит о

К В. А. Панаеву (Когда в цепи карет…)

Когда в цепи карет, готовых для движенья, Нашли вы место наконец, И приютились, как мудрец, Меж девственных старух избегнув искушенья, И взвизгнул роковой свисток,

Она никогда его не любила

Она никогда его не любила А он ее втайне любил; Но он о любви не выронил слова: В себе ее свято хранил. И в

Станция

Я вспомнил, как ты здесь страдала, Как сердце билось и чело Болезни муки выражало,- И как мне было тяжело! Как каждый стон подруги милой

Проходит день, и ночь проходит

Проходит день, и ночь проходит, Ни сна, ни грез. в ночи немой, И утро новый день приводит — Такой же скучный и пустой. И