Стихотворения поэта Шевырев Степан Петрович

Сонет

Люблю, люблю, когда в тени густой Чета младая предо мной мелькает И руку верную с верной рукой, Кольцо в кольцо, любовно соплетает. Стремлюся к

Журналист и злой дух

Журналист (Один перед камином, с пуком черновых тетрадей) Свершился год: хвала, терпенье! Вкушай плоды своих трудов, А ты, поверенный грехов, Камин, прими на всесожженье

Звуки

Три языка всевышний нам послал, Чтоб выражать души святые чувства. Как счастлив тот, кто от него приял И душу ангела и дар искусства. Один

Партизанке классицизма

Расцветши пламенной душой В холодных недрах стен гранитных, Не любит мирный гений твой Моих стихов кровопролитных. Тебя еще пугает кровь, Тебя еще пугают раны,

Сила духа

Мечта исчезла — дух уныл, Блуждаю мыслию неясной, Свет дивный взоры ослепил: Я, мнится, видел мир прекрасный. Душой я к небу возлетел, Я близок

Специя

Бесконечность моря, Бесконечность неба, Две великих мысли Божия созданья Здесь всегда присущи Взору человека И ведут беседу С мыслию его. Горы словно цепи Налегли

Тяжелый поэт

Как гусь, подбитый на лету, Влачится стих его без крылий; По напряженному лицу Текут слезы его усилий. Вот после муки голова Стихами тяжко разродилась.

Три молнии (из трагедии «Ромул»)

Три молнии громодержавный царь, Отец богов, на казнь в деснице держит: Он первою остерегает тварь И сам ее по грозной воле вержет, — Она

Отрывок из седьмой песни «Освобожденного Иерусалима» Торквато Тассо

Ливень, ветер, гроза одним порывом В очи франкам неистовые бьют: Объятые нежданной бури дивом, Стали войска — и дале не текут. Немногие лишь, верные

31 декабря

Чу! внимайте… полночь бьет! В этом бое умирает Отходящий в вечность год И последний миг сливает С первым мигом бытия Народившегося года: Так, все

К непригожей матери

Пусть говорят, что ты дурна, Охрип от стужи звучный голос, Как лист сосновый, жесток волос И грудь тесна и холодна; И серы очи, стан

Из В. Г. Ваккенродера

1 О Цецилия святая! Одинокий, изнывая, Плачу горькою слезой. Зри — от мира удаленный И коленопреклоненный, Я молюся пред тобой. Звук от струн твоих

Тройство

Я, в лучшие минуты окрыляясь, Мечтой лечу в тот звучный, стройный мир, Где в тройственный и полный лик сливаясь, Поют Омир*) и Данте и

Стансы

Стен городских затворник своенравный, Сорвав в лесу весенний первый цвет, Из-под небес, из родины дубравной, Несет его в свой душный кабинет. Рад человек прекрасного

На смерть Лермонтова

Не призывай небесных вдохновений На высь чела, венчанного звездой; Не заводи высоких песнопений, О юноша, пред суетной толпой. Коль грудь твою огонь небес объемлет