Стихотворения поэта Ряшенцев Юрий Евгеньевич

Ни божества, ни смертного, ни твари

Ни божества, ни смертного, ни твари не встретишь на ноябрьском тротуаре. А ночь — как дама пик: надежды нет на «тройку» и «семерку» —

Трофейная пластинка

Скрипки замирали в нюансах, улыбалася ты… Из Петра Лещенко. Эта жизнь была не мед, но восхищала иногда: выдавала крупный куш при мелких шансах… О,

Момент

В нищете, в разоренье, в гнилом городском непотребстве все равно наступает момент, — чаще с первой звездой, — когда хочется Богу спасибо сказать при

Там часовщик поверх усов

Там часовщик поверх усов глядит, молчит: скажи на милость, сломали стрелки у часов, а время не остановилось. И девочка, четвертый год спускающаяся к Майдану,

Размышление на эскалаторе о женской красоте

На склонах движущихся лестниц, пожалованных в чудеса, моих приземистых ровесниц Вам не запомнились глаза? Вот верный шанс на торжество средь юных модниц и прелестниц!

Петербуржским друзьям

Светлый кобальт вечерней речной воды. Май и расцвел как будто, да вот зачах. Чайки то круто падают, то поды- маются без добычи в кривых

Хамовнический романс

Бежит студент по саду Мандельштама. Как он бежит — уверенно, упрямо! Все группы мышц — в прекрасном единенье. Так отчего в глазах его —

Как объяснить веселую свободу

Как объяснить веселую свободу, с какой ушел он? Мертв, но не забыт: причастность к человеческому роду недолгое бессмертие сулит. Как бродит жизнь! Какую битву

Виток золотистого ветра

Виток золотистого ветра над шапкой из алого фетра. Прекрасна моя одноклассница! И полдень — как будто с иконы. И где-то поют геликоны иль тубы

Сванский напев начинает полет

Сванский напев начинает полет. Будем же счастливы, будем! Птица не плачет. А волк не поет. Вот что даровано людям! Может быть, в сонмище диких

Неделя розысков

Как жаль, что чиновник несведущ и толст, и нелюбознателен адресный стол в морском городке, и, видать по всему, одно остается — искать самому. В

Качели

Я совсем изнемог от бесовских бесед с книгочеем. Захотелось летать — я спустился вдоль сосен к качелям. Лунный окунь плескался в пруду, да известно,

Первая беседа

Голубое с палевыми облаками небо русских икон… Это там, на Урале или на Каме. Ухает геликон. И хоронит допившегося соседа преданная родня. И с

НЛО

По небу что-то странное летело: научно-фантастический фантом! И кто-то мне сказал, что это тело есть лебедь. В это верилось с трудом. Обычное летающее блюдце.

А ценность жизни все виднее

А ценность жизни все виднее, когда с теченьем дней друзья прохладней и вернее, ровесники мудрей. Сильней горчит живая влага, когда осталась треть, и невеселая