Стихотворения поэта Антокольский Павел Григорьевич

Временный итог

Хорошо! Сговоримся. Посмотрим, Что осталось на свете. Пойми: Ни надменным, ни добрым, ни бодрым Не хочу я ходить меж людьми. Чем гордиться? Чего мне

Склад сырых неструганных досок

Склад сырых неструганых досок. Вороха не припасенных в зимах, Необдуманных, неотразимых Слов, чей смысл неясен и высок. В пригородах окрик петушиный. Час прибытья дальних

Балаганный зазывала

Кончен день. И в балагане жутком Я воспользовался промежутком Между “сколько света” и “ни зги”. Кончен день, изображенный резко, Полный визга, дребезга и треска,

Достоевский

Начало всех начал его. В ту ночь К нему пришли Белинский и Некрасов, Чтоб обнадежить, выручить, помочь, Восторга своего не приукрасив, Ни разу не

Еще один вечер

Ненастный вечер. Свет, горящий вполнакала, Плохой табак, а от него туман в мозгу. Душа, чего ты жаждала, о чем алкала? Молчи о том, старуха!

Иероним Босх

Я завещаю правнукам записки, Где высказана будет без опаски Вся правда об Иерониме Босхе. Художник этот в давние года Не бедствовал, был весел, благодушен,

Дон-Кихот

Не падай, надменное горе! Вставай, молодая тоска! Да здравствует вне категорий Высокая роль чудака! Он будет – заранее ясно – Смешон и ничтожен на

Понимаешь? Я прожил века без тебя

Понимаешь? Я прожил века без тебя И не чаял, что в будущем встречу. И случалось, в охрипшие трубы трубя, Не владел человеческой речью. Пил

Стокгольм

Футбольный ли бешеный матч, Норд-вест ли над флагами лютый, Но тверже их твердой валюты Оснастка киосков и мачт. Им жарко. Они горожане. Им впаянный

Петр Первый

В безжалостной жадности к существованью, За каждым ничтожеством, каждою рванью Летит его тень по ночным городам. И каждый гудит металлический мускул Как колокол. И,

Утверждение

Мы знаем праздники, которых В аду и в небе не забыть. Да, самое большое – быть В другом прохожем, в песье, в спорах И

Музыка

Мрачен был косоугольный зал. Зрители отсутствовали. Лампы Чахли, незаправленные. Кто-то, Изогнувшись и пляша у рампы, Бедным музыкантам приказал Начинать обычную работу. Он вился вдоль

Кладовая

Памяти Зои Без шуток, без шубы, да и без гроша Глухая, немая осталась душа, Моя или чья-то, пустырь или сад, Душа остается и смотрит

Баллада (Я не песню пропел…)

Я не песню пропел, не балладу сложил, Отыскал я прямую дорогу, Но желанной награды я не заслужил И не заворожил недотрогу. Время шло. Зазнобила

Дикий ветер воет в скалах

Дикий ветер воет в скалах, Сердце мечется в груди. Где враги? Я так искал их, Знал, что подвиг впереди. Я дорогу начинаю. Надо мной