Стихотворения поэта Антокольский Павел Григорьевич

Вступление

Европа! Ты помнишь, когда В зазубринах брега морского Твой гений был юн и раскован И строил твои города? Когда голодавшая голь Ночные дворцы штурмовала,

Октябрьский вихрь

Октябрьский вихорь спящих будит На бурных митингах своих, Не шутит он, а грозно судит О всем, что было, есть и будет,- Октябрьский вихрь, Октябрьский

Нева в 1924 году

Сжав тросы в гигантской руке, Спросонок, нечесаный, сиплый, Весь город из вымысла выплыл И вымыслом рвется к реке. И ужас на клоунски жалостных, Простуженных

Двойники

С полумесяцем турецким наверху Ночь старинна, как перина на пуху. Черный снег летает рядом тише сов. Циферблаты электрических часов Расцвели на лысых клумбах площадей.

Последнее прибежище

Жилье твое остужено. Жена твоя покойница Была любимой суженой – И вот былинкой клонится, И спит в подводном Китеже, Спит, запертая в тереме. А

Мы

Пусть падают на пол стаканы Хмельные и жуток оскал Кривых балаганных зеркал. Пусть бронзовые истуканы С гранитных срываются скал! Все сделано до половины. Мы

Не трактир, так чужая таверна

Не трактир, так чужая таверна. Не сейчас, так в столетье любом. Я молюсь на тебя суеверно, На коленях и до полу лбом. Родилась ты

Старый скульптор

(1843–1963) Пришли не мрамором, не бронзой,– Живые ринулись на смотр – В монашеском обличьи Грозный1, В отваге юношеской Петр2. Два зеркала, два разных лика,

Сад

Что творится в осеннюю ночь, Как слабеют растенья сухие, Как, не в силах друг дружке помочь, Отдаются на милость стихии! Как в предсмертном ознобе,

Последний

Над роком. Над рокотом траурных маршей. Над конским затравленным скоком. Когда ж это было, что призрак монарший Расстрелян и в землю закопан? Где черный

Набросок будущего

Умолкнул голос человеческий, Никем и не услышанный. Истлели все овечьи вычески В траве, никем не скошенной. Чей стон промчится над Евразией, Зальется над Америкой,

Вот наше прошлое

Я рифмовал твое имя с грозою, Золотом зноя осыпал тебя. Ждал на вокзалах полуночных Зою, То есть по-гречески – жизнь. И, трубя В хриплые

Поэзия! Я лгать тебе не вправе

Поэзия! Я лгать тебе не вправе И не хочу. Ты это знаешь? – Да. Пускай же в прочно кованной оправе Ничто, ничто не сгинет

Мне странно говорить о том

Мне странно говорить о том, Что не написан целый том, Что заморожен целый дом, Что я твоим судим судом. Мне жутко будущего ждать, И

Временный итог

Хорошо! Сговоримся. Посмотрим, Что осталось на свете. Пойми: Ни надменным, ни добрым, ни бодрым Не хочу я ходить меж людьми. Чем гордиться? Чего мне