Стихотворения поэта Иванов Вячеслав Иванович

Жарбог

Прочь от треножника влача, Молчать вещунью не принудишь, И, жала памяти топча, Огней под пеплом не избудешь. Спит лютый сев в глуши твоей –

Весы

Заискрится ль звезда закатной полосы – Звездой ответной в поднебесье Восток затеплится: и Божье равновесье Поют двух пламеней Весы. И не вотще горит, в

Ливень

Дрожат леса дыханьем ливней И жизнью жаждущей дрожат… Но все таинственней и дивней Пестуньи мира ворожат. И влагу каждый лист впивает, И негой каждый

Возврат

С престола ледяных громад, Родных высот изгнанник вольный, Спрядает светлый водопад В теснинный мрак и плен юдольный. А облако, назад – горе – Путеводимое

Ночные голоса

Дальний лай – глубокой, Теплой ночью летней… Что звучит ответней Думе одинокой? Гулкий всхлип совиный – Вспомнилось родное Кладбище ночное С церковью старинной… Чу,

Славянская женственность

Как речь славянская лелеет Усладу жен! Какая мгла Благоухает, лунность млеет В медлительном глагольном ла! Воздушной лаской покрывала, Крылатым обаяньем сна Звучит о женщине:

Кассандре

Пусть говорят: “Святыня – не от Жизни”, Блюди елей у брачного чертога! Жених грядет: пожди еще немного, И уличной не внемли укоризне. То –

Осенью

Рощи холмов, багрецом испещренные, Синие, хмурые горы вдали… В желтой глуши на шипы изощренные Дикие вьются хмели. Луч кочевой серебром загорается… Словно в гробу,

Альпийский рог

Средь гор глухих я встретил пастуха, Трубившего в альпийский длинный рог. Приятно песнь его лилась; но, зычный, Был лишь орудьем рог, дабы в горах

Отзывы

“Тайный!- звала моя сила.- Откликнись, если ты сущий!” Некто: “Откликнись, коль ты – сущий!”- ответствовал мне. И повторил мне: “Ты – сущий!..” И звал

Поэты духа

Снега, зарей одеты В пустынях высоты, Мы – Вечности обеты В лазури Красоты. Мы – всплески рдяной пены Над бледностью морей. Покинь земные плены,

Solus (Единственный)

В чьи очи явственно взглянула Живая Тайна естества; Над кем вселенская листва С плодами звездными нагнула Колеблемую Духом сень; Кто видел елисейский день И

Рыбацкая деревня

Люблю за крайней из лачуг Уже померкшего селенья В час редких звезд увидеть вдруг, Застылый в трепете томленья, Полувоздушный сон зыбей, Где затонуло небо,

Печать

Неизгладимая печать На два чела легла. И двум – один удел: молчать О том, что ночь спряла. Что из ночей одна спряла. Спряла и

Gli spiriti del viso

Есть духи глаз. С куста не каждый цвет Они вплетут в венки своих избраний; И сорванный с их памятию ранней Сплетается. И суд их: