Стихотворения поэта Астафьева Наталья Георгиевна

В детском треснутом калейдоскопе

В детском треснутом калейдоскопе вразброд разлеглись фигуры… Я такой тебя помню, Европа. Морщинистой. Белокурой. Небольшой городок. Аллея подводит нас к рамам двойным. За стеклами

Что в глаза мои глядите так

Что в глаза мои глядите так, будто чуда ожидаете? Ветер мартовский удивительный, но и он ведь ошибается. В синих лужицах закружится, но, как в

Я положила на ладонь свои стихи

Я положила на ладонь свои стихи. Грамм двести будет в них, пожалуй. Это вес моей несбывшейся любви, моей тоски, мой на тебя недорогой бумажный

Пришли. Ночную дачу оцепили

Пришли. Ночную дачу оцепили. И увели. И нет у нас отца. Наверно, мучили. Наверно, били. Он оказался стойким до конца. Нет в деле подписи

Проснувшись в час печальный, неурочный

Проснувшись в час печальный, неурочный (а время спать), я буду черной безъязыкой ночи без слов внимать: что в глубине ее живет, таится, а что

О, женщины!

О, женщины! Когда б не быт, кастрюль и чашек свинство, когда бы не любви магнит, тоска по материнству… В нас бес, как в колбочке,

Ты забыл

Ты забыл, ты забыл, как я шла к тебе — по зиме, по весне, по колено в воде… Ты забыл, ты забыл, как тебя

Все стукачи собак позаводили

Все стукачи собак позаводили, прогуливают кротко по утрам. Они ведь добрые. Просто они служили. Они сажали нас, а стыдно нам. Такие добрые… Собаки любят

Озорные зеленые синицы

Озорные зеленые синицы заглядывают в окна на раскрытые страницы Блока. За окном в голубом березы почти золотые, легкая луна лбом к стеклу прислонилась, стынет.

Вот и все. Ничего не окончено

Вот и все. Ничего не окончено. Все как было. Настала зима. И свисают на ясене клочьями темно-бурые семена. Ни о чем не грущу и

И стягивали до отказа

И стягивали до отказа, и сдавливали до предела… Но все равно — не для показа душа, как колокол, гудела. И глаза красный уголок, как

Когда маму забрали под Первое мая

Когда маму забрали под Первое мая, тут же вскоре сославши в казахские степи, мы с братишкой, поехать к ней в ссылку желая, в детприемнике

Не здесь ли

Не здесь ли, у синего Дона, сидела на камне Аленушка, и братец ее, олененок, ловил потонувшее солнышко? Не здесь ли веками чуть слышно шепталися

До отказа я набита

До отказа я набита прошлым. Накрепко закрыта плотной пробкой. Но под утро вижу сон. Иду как будто с чемоданами куда-то вместе с матерью и

Вот и кончилось поколенье

Вот и кончилось поколенье. Все повымерли. Никого. Порассыпались, как поленья. Как черты лица твоего. Все отмучились. Отошли. Даже некого звать к ответу. И эпохи